Да, снова Кармен!
Теперь уже опера!😅 В прошлый раз я по ошибке попал на одноимённый балет, и друзья это запомнили. На этот раз позвали на предпремьерный показ оперы.
Мне нравится атмосфера предпремьеры. Уютно смотреть на музыкантов в обычной, почти домашней, удобной одежде. Актеры уже в костюмах, но как будто меньше напряжения, чем в день премьеры.
Познакомился с дирижёром оркестра. Он оказался очень приветливым, мы даже несколько минут поговорили. Мне было интересно слышал ли я его раньше, например, на балете Кармен. Он ответил отрицательно, там был другой дирижёр.
Поймал себя на мысли, что вот уже в третий раз смотрю Кармен, … и каждый раз её в конце yбивают!… (зачеркнуто) …и каждый раз это как-то по-новому. Сюжет тот же, да. Но проживается каждый раз по-разному.
В такие моменты очень ясно замечаешь, как каждый мастер, и актер, и режиссер, вкладывает свое прочтение, своё переживание в произведение. И получается, что несмотря на сходство даже мезансцен, каждый раз проникаясь новой постановкой, ты проживаешь совершенно новую историю, эстетически уникальную.
Как бы ни были похожи сюжеты — каждая история жизни, с которой мы встречаемся, уникальна. И наша тоже.
Даже если знакомы повороты, даже если хочется сказать: «Ну, тут всё сразу понятно…» — нет, не всё.
За каждой историей всегда кто-то живой. Со своей болью, своей сложной логикой, своей попыткой справиться.
Стремление упростить, целиком уместить себя или другого в какой-то заготовленный сценарий или классификацию из разряда «типичная истеричка», «а этот психопат», «токсичная нарциска», «сын алкологика» и т.п., — это может дать разве что временное ощущение ясности. Но реальных перемен за этим обычно не следует.
Подлинные изменения чаще связаны с другим, — с обнаружением наших переживаний, во всей их уникальности, сложности и, порой, противоречивости. С развитием умения слышать себя и адекватно обходиться с услышанным.
Так, постепенно появляется возможность не только выйти из старой «доставшейся» роли, но и, порой, впервые, — начинать писать свою. Если внутри появляется такое стремление.
Вот такие размышления после третьей Кармен, друзья.
Николай Гуменюк